Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

Афанасьевская трагедия

Военно-историческая реконструкция "Афанасьевская трагедия" об одном из эпизодов событий на ржевской земле во время войны произвела огромное впечатление. Мысли по этому поводу изложу попозже, а пока просто фото.






Collapse )

Капитан Соколов

Я не хожу 9 мая к памятникам и мемориалам. Всеобщее воспоминание о Победе раз в год угнетает. Это не моя Победа. Моя – это мой дед.


DSC03352

Когда мы были детьми, фронтовики еще были крепкими, несмотря на все, что выпало на их долю. А мой дед, сибиряк, почти до 80 лет ухаживал за садом, ходил на лыжах, ездил на рыбалку. И радовался жизни. Наверно, так умеют радоваться ей только те, кто много лет ходил рядом со смертью.

Четыре года на передовой… Несколько легких ранений, два тяжелых… Пройди на сантиметр в сторону осколок – и меня не было бы на свете. А так дед до смерти носил в голове этот кусок железа. Ни в горячке фронтового госпиталя, ни позже врачи не решались его тронуть. Говорили – очень опасно, вообще чудо, что выжил.

Чудо, что его часть осенью сорок второго не бросили в мясорубку под Сталинградом, а оставили в болотах под Ленинградом. И деда смерть обошла стороной. А к кому она была ближе, чем к бойцу, а после двухмесячных курсов, на которых и закончилось все его офицерское образование, – командиру разведвзвода? Но – пощадила. На полях средней России, в степях Украины, в горах Чехии, в пустынях Маньчжурии. Но – дала вернуться. А то, что через десять лет пришлось уйти в отставку капитаном, во время глобального сокращения армии – ничего. Он вообще никогда не жаловался на жизнь, принимал ее такой, какая она есть. И от этого всегда был для меня светлым человеком. И остается таким в моей памяти.

Он никогда особенно не жаловал орденские планки. Но накануне 9 мая бабушка гладила лучший костюм, и дед надевал на него три «Красных звезды», две «За боевые заслуги», «За отвагу», «За победу над Германией», «За победу над Японией». Мы вместе шли на городской мемориал, вокруг тысячи таких же ветеранов с сияющими лицами. Торжественные речи, минута молчания, залп… Семейный обед в честь победителя… Я остаюсь ночевать у бабушки с дедом и слушаю его рассказы. Для меня в детстве война была такой, какой представала в его негромких словах об атаках, безумных рукопашных, гибели друзей, госпиталях, рейдах за «языками», переброске через всю страну на войну с Японией, где он и закончил свой боевой путь – очередным ранением.

Спасибо тебе, дед. За то, что победил. За то, что выжил. За то, что очень многое во мне – от тебя. Мне тебя очень не хватает. Потому что ты был настоящим человеком. Потому что победили благодаря таким, как ты. С праздником тебя, дед. С Днем Победы!

Приговор одиночества ("Одинокий мужчина")


Посмотреть на Яндекс.Фотках
Очень редко встречаются фильмы, после просмотра которых испытываешь настоящее потрясение. Для меня последней такой лентой стала «Одинокий мужчина» Тома Форда. Еще несколько лет назад ее однозначно сочли бы провокационной, поскольку речь идет об одиночестве, появившемся после гибели одного из партнеров в паре, как принято говорить в наши политкорректные времена, нетрадиционной ориентации. Но эта тема в фильме вообще на втором, если не на третьем плане. А на первом – трагедия одиночества.
Collapse )

Смерть ей к лицу (Jenny Downham. Before i die)


Посмотреть на Яндекс.Фотках

В традиции усыпать обложки и первые страницы бестселлеров отзывами критиков ведущих изданий я вижу очевидную пользу для всех. Посетитель книжного легче расстается с деньгами, убедившись, что авторы ведущих изданий не жалеют слов для описания достоинств книги. Критики в наше непростое для чтения время не остаются без работы. А вдумчивый читатель лишний раз может убедиться, что увидеть главное в хорошем романе не всегда под силу и профессионалам чтения.
Роман Дженни Даунхэм "Пока я жива" (хотя на языке автора даже в названии расставлены совсем другие акценты) - лучший тому пример. По мнению критиков, книга о шестнадцатилетней девушке, которой осталось жить несколько месяцев, невероятно жизнеутверждающая, оптимистичная, заставляющая заново влюбиться в жизнь. И настолько трогательная, что при чтении последних глав трудно удержаться от слез.
Согласен. Трудно. Но разве мало совершенно бездарных жизнеутверждающих текстов, над которыми рыдают миллионы читателей? Главное достоинство книги Дженни Даунхэм вовсе не в этом. Просто ей удалось то, что превращает книгу в произведение литературы: своих героев живыми, заставить читателя искренне сопереживать им. Если бы не трагедия главной героини, книга вполне бы вписывалась с жанр бытовых романов, настолько мастерски автор увлекает читателя описанием повседневной жизни.
Collapse )